«Мы теперь уходим понемногу…» (Восприятие, толкование, оценка)
О, нашей мысли обольщенье,
Ты, человеческое Я,
Не таково ль твое значенье,
Не такова ль судьба твоя?
Федор Тютчев "Молчание"
Тема жизни и смерти отражалась в произведениях многих писателей и поэтов как XIII так XIX века. Но в начале XX века произошло изменение взгляда писателей на место человека в мире: появилось настроение пессимизма, безнадежности, неверия в общественное переустройство, осознание невозможности познания мира человеческим разумом.
Проблема бытия и безысходности ярко выражается в стихотворении Тютчева «Смотри как на речном просторе». Лирик пытается понять, в чем же заключается значение и судьба любого человека. Для большей контрастности и выразительности автор употребляет сравнение людей с льдинами («Льдина за льдиною плывет»), которые поддаваясь всеобщему течению, «утратив прежний образ свой», плывут в «роковую бездну». Здесь присутствует мотив безысходности. В произведение же Тургенева «Мы еще повоюем» уже есть, несмотря на быстротечность жизни и подвластность человека чему-то более могущественному, мотив целеустремления. Как же Есенин в стихотворении «Мы теперь уходим понемногу…» отражает данный неисчерпаемый вопрос?
Лирическое произведение «Мы теперь уходим понемногу…» написано в жанре станса: здесь присутствуют глубоко философские размышления о конечности жизни и всего человеческого существования. Поэтому оно и является образцом медитативной лирики: «Много дум я в тишине продумал…». Оно свидетельствует о полноте мировоззренческого начала, с которым Есенин воспринимает судьбу. Не каждому дано среди повседневной суеты вдруг остановиться и предаться размышлениям.
Первая же строка заключает в себе всю сущность стихотворения, становится толком для его создания: поэт размышляет о смысле жизни, предназначении человека, предопределенности судьбы, что и является в свою очередь основной темой произведения. Человек не вечен: одни погибают, другие рождаются – все в нашей жизни не остается постоянным, даже такое драгоценное для каждого как собственная жизнь. У Есенина же конечность бытия звучит еще более пессимистично: процесс ухода неотвратим, а жизнь хрупка и коротка. Поступательное движение человека по жизни лишь приближает его к роковому концу. Никто не в силах предсказать, предугадать свою судьбу, она не подвластна человеку. Ею управляет кто-то свыше, могущественнее простого земного существа. Человек не может изменить жизнь, он может лишь подстроить ее под себя. Это и должно стать самоцелью любого человека!
Талантливый русский поэт С.Есенин сумел подобрать мелодически тонкую и возвышенную метафору, отражающую трагическую конечность бытия:
Мы теперь уходим понемногу
В ту страну, где тишь и благодать…
Ассонанс «у» в первых строках усиливает печальные раздумья о смысле земной жизни, о ее скоротечности, о поиске нравственных основ. Рано и поздно все люди умирают, но срок определяет опять же не человек. Для кого-то жизнь была наслаждением, для других – наполнена сплошными муками и страданиями. После смерти же, по мнению лирика, существование человека или точнее его души будет спокойным и размеренным.
Есенин полагает, что пора «бренные пожитки собирать», то есть лирик заранее определяет, что его жизненный путь уже на исходе. Живя, человек, непременно, испытывает наслаждения, но каждый по-своему. Любование прекрасными пейзажами для поэта одна из важнейших потерь, которая навеивает тоску, которую он «не в силах скрыть». Эта тоска, бесспорно, одолевает любого «перед этим сонмом уходящих» «в ту страну», откуда нет дороги обратно. Лирическое произведение «дышит» каким-то наслаждением. Поэтому так логично и закономерно звучит вторая строфа стихотворения, начинающаяся с пронзительных тревожных обращений:
Милые березовые чащи!
Ты, земля! И вы, равнин пески!
Природа и человек – непременно единое целое. Поэт не представляет своего существования без «этих нив, златящихся во мгле». Есенин соотносил картины природы со своими чувствами и переживаниями. Необычайная правдивость и точность авторских рассуждений заставляет читателя перенестись к образам пейзажа: «милые березовые чащи», «равнин пески», рожь, чащи. Стихотворению присущ особый психологизм, ярко выраженный в последней строке каждого катрена: «Я всегда испытываю дрожь», «Никогда не бил по голове», «Я не в силах скрыть моей тоски». Чувствуется поэтическая зрелость, подлинность, непосредственность, живость. Изобразительная способность стихотворения усилена анафорой, благодаря которой речь воспринимается как единый не расчлененный поток:
Счастлив тем, что я дышал и жил.
Счастлив тем, что целовал я женщин…
Однако не следует проводить всю жизнь в поисках своего назначения, достижения мнимого, постижении скрытого, иначе итог жизни однозначно будет отрицательным. По мнению Есенина, следует быть счастливым и тем, что «дышал и жил». То есть надо радоваться повседневности, тем коротким мгновениям жизни, которые и придают чувство бытия: «Счастлив тем, что целовал я женщин, / Мял цветы, валялся на траве...».
Вдохновение, жизнь, красота природы – своеобразный «список» ценностей поэта. На протяжении стихотворения происходит их особая переоценка. Человек осознает, что все время находится на краю пропасти, которая отделяет этот мир от мира усопших. Одновременно, Есенин понимал, что не сможет получить ответа на мучительным вопрос о судьбе души после того, как она расстается с бренной плотью.
В этом лирическом произведении, состоящем из семи катренов, применяется достаточно сложный способ стихосложения – четырехсложный пеон с первым ударным слогом.
/ _ _ _ / _ _ _ / _
Неточная рифма и перекрестная рифмовка определяют плавный, смягчающийся ритм.
Стихотворение сформировало во мне то же ощущение, что и произведение Тютчева «Смотри как на речном просторе…». Оно пронизано трагическим настроением, предчувствием разлуки с жизнью и ожиданием смерти. Это настроение усиливается к концу лирического произведения, обогащаясь мотивами страха перед будущим («всегда испытываю дрожь»). Поэт с грустью смотрит в будущее и дорожит теми минутами созерцания и раздумий, которые отпущены судьбой.
Есенинское начало поэтического мастерства определено в коротких четверостишиях. В основной части стропа «держится» на глаголах, они придают ей не только динамичный характер, но и изобразительную силу. Во вступительной и заключительной частях иная стилистика: определяющую роль играют эмоционально окрашенные эпитеты. Они не однородны: одни предельно конкретны («березовые чащи», «розовую водь»), в других содержится обобщение авторской оценки («земле угрюмой», «бренные пожитки»). Величие души человеческой проявляется в том, как он встречает смерть, воспринимает ее неизбежность. Это, наверное, наиболее тягостное из всех испытаний, которые посылает на его долю судьба. В есенинской метафоре воплощено, прежде всего, религиозное понимание смерти как перехода из одного состояния жизни души в другое. Именно поэтому фраза «в ту страну, где тишь и благодать» звучит несколько умиротворенно по сравнению с надрывной трагической тоской, которая пронизывает всю сущность поэта. Он словно стремится запомнить и унести с собой это драгоценное воспоминание о неповторимых красотах мещерских лесов и песчаных равнин, милых сердцу берез и осин, розоватого отблеска предзакатной воды на озерах и реках. То есть стихотворение построено на традиционно поэтических образах среднерусского пейзажа. Поэт усиливает красоту природы олицетворениями: «Не звенит лебяжьей шеей рожь».
Последний катрен является своеобразным итогом, следствием раздумий автора:
Оттого и дороги мне люди,
Что живут со мною на земле.
Более точно, чем сказал поэт, уже не скажешь.
Каждый человек живет в предназначенное ему время. Ему дан высший дар – жизнь, и он должен разумно им воспользоваться. Всю жизнь испытывать дрожь «пред сонмом уходящих» значит не жить, а просто существовать. Невозможно переоценить значение творчества поэта в русской лирике. Именно так, с признательностью и уважением к таланту, я воспринимаю произведение Сергея Есенина «Мы теперь уходим понемногу…». В этих строках воплотилось глубокое философское представление поэта о праве каждой живой души на счастье и радость на этой планете.
О, нашей мысли обольщенье,
Ты, человеческое Я,
Не таково ль твое значенье,
Не такова ль судьба твоя?
Федор Тютчев "Молчание"
Тема жизни и смерти отражалась в произведениях многих писателей и поэтов как XIII так XIX века. Но в начале XX века произошло изменение взгляда писателей на место человека в мире: появилось настроение пессимизма, безнадежности, неверия в общественное переустройство, осознание невозможности познания мира человеческим разумом.
Проблема бытия и безысходности ярко выражается в стихотворении Тютчева «Смотри как на речном просторе». Лирик пытается понять, в чем же заключается значение и судьба любого человека. Для большей контрастности и выразительности автор употребляет сравнение людей с льдинами («Льдина за льдиною плывет»), которые поддаваясь всеобщему течению, «утратив прежний образ свой», плывут в «роковую бездну». Здесь присутствует мотив безысходности. В произведение же Тургенева «Мы еще повоюем» уже есть, несмотря на быстротечность жизни и подвластность человека чему-то более могущественному, мотив целеустремления. Как же Есенин в стихотворении «Мы теперь уходим понемногу…» отражает данный неисчерпаемый вопрос?
Лирическое произведение «Мы теперь уходим понемногу…» написано в жанре станса: здесь присутствуют глубоко философские размышления о конечности жизни и всего человеческого существования. Поэтому оно и является образцом медитативной лирики: «Много дум я в тишине продумал…». Оно свидетельствует о полноте мировоззренческого начала, с которым Есенин воспринимает судьбу. Не каждому дано среди повседневной суеты вдруг остановиться и предаться размышлениям.
Первая же строка заключает в себе всю сущность стихотворения, становится толком для его создания: поэт размышляет о смысле жизни, предназначении человека, предопределенности судьбы, что и является в свою очередь основной темой произведения. Человек не вечен: одни погибают, другие рождаются – все в нашей жизни не остается постоянным, даже такое драгоценное для каждого как собственная жизнь. У Есенина же конечность бытия звучит еще более пессимистично: процесс ухода неотвратим, а жизнь хрупка и коротка. Поступательное движение человека по жизни лишь приближает его к роковому концу. Никто не в силах предсказать, предугадать свою судьбу, она не подвластна человеку. Ею управляет кто-то свыше, могущественнее простого земного существа. Человек не может изменить жизнь, он может лишь подстроить ее под себя. Это и должно стать самоцелью любого человека!
Талантливый русский поэт С.Есенин сумел подобрать мелодически тонкую и возвышенную метафору, отражающую трагическую конечность бытия:
Мы теперь уходим понемногу
В ту страну, где тишь и благодать…
Ассонанс «у» в первых строках усиливает печальные раздумья о смысле земной жизни, о ее скоротечности, о поиске нравственных основ. Рано и поздно все люди умирают, но срок определяет опять же не человек. Для кого-то жизнь была наслаждением, для других – наполнена сплошными муками и страданиями. После смерти же, по мнению лирика, существование человека или точнее его души будет спокойным и размеренным.
Есенин полагает, что пора «бренные пожитки собирать», то есть лирик заранее определяет, что его жизненный путь уже на исходе. Живя, человек, непременно, испытывает наслаждения, но каждый по-своему. Любование прекрасными пейзажами для поэта одна из важнейших потерь, которая навеивает тоску, которую он «не в силах скрыть». Эта тоска, бесспорно, одолевает любого «перед этим сонмом уходящих» «в ту страну», откуда нет дороги обратно. Лирическое произведение «дышит» каким-то наслаждением. Поэтому так логично и закономерно звучит вторая строфа стихотворения, начинающаяся с пронзительных тревожных обращений:
Милые березовые чащи!
Ты, земля! И вы, равнин пески!
Природа и человек – непременно единое целое. Поэт не представляет своего существования без «этих нив, златящихся во мгле». Есенин соотносил картины природы со своими чувствами и переживаниями. Необычайная правдивость и точность авторских рассуждений заставляет читателя перенестись к образам пейзажа: «милые березовые чащи», «равнин пески», рожь, чащи. Стихотворению присущ особый психологизм, ярко выраженный в последней строке каждого катрена: «Я всегда испытываю дрожь», «Никогда не бил по голове», «Я не в силах скрыть моей тоски». Чувствуется поэтическая зрелость, подлинность, непосредственность, живость. Изобразительная способность стихотворения усилена анафорой, благодаря которой речь воспринимается как единый не расчлененный поток:
Счастлив тем, что я дышал и жил.
Счастлив тем, что целовал я женщин…
Однако не следует проводить всю жизнь в поисках своего назначения, достижения мнимого, постижении скрытого, иначе итог жизни однозначно будет отрицательным. По мнению Есенина, следует быть счастливым и тем, что «дышал и жил». То есть надо радоваться повседневности, тем коротким мгновениям жизни, которые и придают чувство бытия: «Счастлив тем, что целовал я женщин, / Мял цветы, валялся на траве...».
Вдохновение, жизнь, красота природы – своеобразный «список» ценностей поэта. На протяжении стихотворения происходит их особая переоценка. Человек осознает, что все время находится на краю пропасти, которая отделяет этот мир от мира усопших. Одновременно, Есенин понимал, что не сможет получить ответа на мучительным вопрос о судьбе души после того, как она расстается с бренной плотью.
В этом лирическом произведении, состоящем из семи катренов, применяется достаточно сложный способ стихосложения – четырехсложный пеон с первым ударным слогом.
/ _ _ _ / _ _ _ / _
Неточная рифма и перекрестная рифмовка определяют плавный, смягчающийся ритм.
Стихотворение сформировало во мне то же ощущение, что и произведение Тютчева «Смотри как на речном просторе…». Оно пронизано трагическим настроением, предчувствием разлуки с жизнью и ожиданием смерти. Это настроение усиливается к концу лирического произведения, обогащаясь мотивами страха перед будущим («всегда испытываю дрожь»). Поэт с грустью смотрит в будущее и дорожит теми минутами созерцания и раздумий, которые отпущены судьбой.
Есенинское начало поэтического мастерства определено в коротких четверостишиях. В основной части стропа «держится» на глаголах, они придают ей не только динамичный характер, но и изобразительную силу. Во вступительной и заключительной частях иная стилистика: определяющую роль играют эмоционально окрашенные эпитеты. Они не однородны: одни предельно конкретны («березовые чащи», «розовую водь»), в других содержится обобщение авторской оценки («земле угрюмой», «бренные пожитки»). Величие души человеческой проявляется в том, как он встречает смерть, воспринимает ее неизбежность. Это, наверное, наиболее тягостное из всех испытаний, которые посылает на его долю судьба. В есенинской метафоре воплощено, прежде всего, религиозное понимание смерти как перехода из одного состояния жизни души в другое. Именно поэтому фраза «в ту страну, где тишь и благодать» звучит несколько умиротворенно по сравнению с надрывной трагической тоской, которая пронизывает всю сущность поэта. Он словно стремится запомнить и унести с собой это драгоценное воспоминание о неповторимых красотах мещерских лесов и песчаных равнин, милых сердцу берез и осин, розоватого отблеска предзакатной воды на озерах и реках. То есть стихотворение построено на традиционно поэтических образах среднерусского пейзажа. Поэт усиливает красоту природы олицетворениями: «Не звенит лебяжьей шеей рожь».
Последний катрен является своеобразным итогом, следствием раздумий автора:
Оттого и дороги мне люди,
Что живут со мною на земле.
Более точно, чем сказал поэт, уже не скажешь.
Каждый человек живет в предназначенное ему время. Ему дан высший дар – жизнь, и он должен разумно им воспользоваться. Всю жизнь испытывать дрожь «пред сонмом уходящих» значит не жить, а просто существовать. Невозможно переоценить значение творчества поэта в русской лирике. Именно так, с признательностью и уважением к таланту, я воспринимаю произведение Сергея Есенина «Мы теперь уходим понемногу…». В этих строках воплотилось глубокое философское представление поэта о праве каждой живой души на счастье и радость на этой планете.
- 0 комментариев
- Отметить нарушение!